Русская литература: Русская литература 
Література: Українська класика 



translit кириллица
Тексты: показывать полностью разбивать на страницы по 5 тыс. знаков

Движение башкир перед пугачевским бунтом. Салават, башкирский батыр (Нефедов Ф.Д.)

История,Публицистика

1 2 3 4 5 6 7 следующая > конец >>


  
  
  
   Ф. Д. Нефедов

ДВИЖЕНИЕ СРЕДИ БАШКИР ПЕРЕД ПУГАЧЕВСКИМ БУНТОМ.
САЛАВАТ, БАШКИРСКИЙ БАТЫР*

(1880 г.)

   Оригинал здесь: Башкиры.

I.

   Белым саваном оделись горы и степи Башкирии; замерли в ледяных оковах зимы прекрасные реки, звонкоголосые ручьи шумные потоки. Занесло снегами аулы, и только минареты одних мечетей выделяются на беспредельно широком и свинцовом фоне... Везде и на всем печать мертвого покоя и величавого уныния.
   Но вот, в стороне, что-то задымилось и живым существом несется прямо на вас, ежеминутно растет и расширяется... В воздухе уже свист и гул... Еще минута -- и пропал из глаз последний минарет, кругом все замутилось и слилось... То наступило царство бурана! Тысячами голосов наполнилась доселе глубоко безмолвная пустыня; как будто стоны, проклятия и предсмертные вздохи погибающих слышатся в этом страшном хоре... Буран владычествует по всей степи, врывается в самые ущелья гор и хохочет, и поет там какую-то бесконечно адскую песню. По аулам, притаившимся у подошв испуганных гор, в юртах трясутся от страха дети, и башкирка-мать шепчет молитву.
   -- Ай-ай! Как шайтан разгулялся,-- сдержанно и боязливо переговариваются в убогих избенках.-- Беда, ежели кто теперь едет мимо Шайтан-Соре: умереть можно!
   Над аулом опустилась ночь. На улице нигде ни души, ни звука; даже лая собак не услышишь. Лишь по-прежнему, но еще грознее, еще бешенее ревет буран; в снежных вихрях его не отличишь в двух шагах жилья человеческого. Аул спит или кажется спящим: только в одной юрте, сквозь брюхавицу, заменяющую стекла, в маленьких, прорубленных в стене окошках тускло светится огонек.
   Заглянем в юрту.
   Топится чувал. По стенам развешаны стрелы, луки и конская сбруя; на нарах, покрытых узорчатым войлоком, сидят, подогнувши под себя ноги и прислонясь спиною к подушкам, старики и пожилые башкиры; на полу, устланном также войлоком, разместились молодые парни. У чувала стоит башкир в бешмете и шапке. Это курайчи -- музыкант и певец. Он играет на своей чибизге песни о деяниях старины и подвигах народных героев. Пред слушателями постепенно проходит ряд батырей: Алиша Маузимов, поднявший башкир в 1740 году; Бахтияр, степным орлом летавший по башкирской земле, степям киргизским и становищам неверных; Казирман -- гроза Урусов; Абутал и другие славные батыры и герои.
   -- Якши, бик якши**,-- раздается порою между слушателями.-- Добрые были батыры, славные батыры.
   Курайчи остановился, перевел дух и снова приложил к губам чибизгу. И полилась опять песня, грустная и глубоко-печальная песня: та песня о Салавате.
   Ярко пышут в чувале дрова, пламя обливает светом смуглые лица присутствующих; с затаенным дыханием и какой-то особенной сосредоточенностью внимают слушатели звукам песни. А песня чем дальше, тем все грустнее, все печальнее. Омрачились лица молодых слушателей, и слезы заструились по изрытым морщинами щекам стариков.
   Но кто же был Салават?
   Салават -- личность историческая; его имя тесно связано с смутным временем пугачевщины. Пушкин, в своей "Истории пугачёвского бунта", говорит о "свирепом" башкире Салавате и его отце Юлае; позднейшие исследователи новой эпохи русской истории также упоминают о Салавате; о нем сообщают, время от времени, сведения наши исторические журналы; его почтили вниманием и современные романисты... Но, несмотря на видимое обилие литературного материала, личность башкирского героя осталась неопределенною; он выступает с одной, так сказать, внешней стороны, т.е. как бунтовщик и мятежник; но чем был Салават как человек, и какие мотивы руководили им в его "свирепой" деятельности, мы не знаем и можем разве только догадываться... Новые факты, извлеченные нами из официального источника, а равно предания, рассказы и песни самих башкир помогут нам ближе познакомиться с народным героем и заглянуть в его душу.
   Но сперва кинем взгляд на прошлое Башкирии.
  
   "Сколько лет Салавату? На голове его зеленая шапка: он батыр. Но если ты хочешь знать о летах Салавата, то ему всего четырнадцать"******.
   Но Салават -- представитель не одной грубой физической силы. Он -- ученый и поэт. Он знает коран и шеригат, перед юношей почтительно склоняют головы старики, о нем все говорят, и начитанности его удивляются не только муллы, но даже сами ахуны.
   -- В нем ум и познания от Бога,-- решали муллы и ахуны.
Стр. 1

1 2 3 4 5 6 7 следующая > конец >>



Вверх