Русская литература: Русская литература 
Література: Українська класика 



translit кириллица
Тексты: показывать полностью разбивать на страницы по 5 тыс. знаков

Да-а-вад (Немирович-Данченко В.И.)

Проза

1 2 3 4 5 6 7 8 следующая > конец >>


   Василий Иванович Немирович-Данченко

Да-а-вад

   Майор Брызгалов встал тоже чуть свет.
   Ветер гнал ещё тучи по бледнеющим небесам, горы кругом курились туманами, и только вершины их сияли первым приветом зари. Мгла лежала в ущельях... Ночь умирала на западе, кутаясь в уходившие с нею облака... Степан Фёдорович взошёл на стену и зорко оглядел окрестности.
   -- Вы уже здесь? -- встретил он Кнауса.
   -- Точно так!
   Исправный офицер возился со зрительной трубой.
   -- Ну, что вы рассмотрели?
   -- А вот, не угодно ли.
   Все дали, -- насколько они уже освободились от тумана, -- оказывались занятыми лезгинскими дружинами. Прислонясь к горам, вне выстрелов крепости, но кругом неё, стояли они пёстрым кольцом... В одно марево сливались там и конные, и пешие. Сплошной гул нёсся оттуда. В устьях ущелий видны были другие скопища, туманными реками заливавшие их... Они пропадали в глубине теснин. Казалось, грозный Дагестан выслал сюда всё, что у него было. Первые лучи солнца, проникшие в долину, яркими пятнами выхватили из её мглы толпы джигитов, зелёные значки отдельных партий, какое-то крошево пеших дидойцев, обёрнутых в свои овечьи шкуры, щеголеватых аварцев, горевших позолотою оружия и позументами одежд, койсабулинцев в их красных чухах, карадахцев, обёрнутых верёвками, которые они, как американские гаучо лассо, бросали петлями в неприятеля и душили его издали, даргинцев, гордо проезжавших в серых черкесках по становищу, гимринцев в чёрном, казавшихся траурными точками в общей картине вражьего лагеря... Да, это были мюриды! И без гимна их Степан Фёдорович хорошо понимал опасность положения. Дело не кончится двумя-тремя штурмами. Эти или сами погибнут, или истребят гарнизон укрепления до последнего человека!.. Это злейшие наши враги -- фанатики переродившегося в страшную боевую силу тариката... Вон зелёные чалмы их мулл. И муллы вооружились: в газават они ведут за собою полчища лезгин... Вон наибы в жёлтых чалмах. Сколько их! Целыми группами переезжали они с места на место, и кругом точно море поднимаются и неумелыми грозными волнами катятся толпы джигитов... Вон пёстрые чалмы сотенных начальников. Неужели -- всё это присоединилось к жалкой горсти салтинцев, поднятых сумасшедшим князем Хатхуа -- этим "рыцарем гор", которого хорошо знал Брызгалов... Его, кабардинского узденя, -- даже свои звали за слепую отвагу "дели" -- одержимый. Вон красные чалмы глашатаев. Они собираются впереди, должно быть, сейчас поедут к крепости с предложениями; коричневые -- ходжей или тех кто был в Мекке. Весь запас головных уборов, установленных Шамилем для мюридов, с чёрными тряпками на головах палачей включительно. Должно быть, по пути к салтинцам имам прислал свои войска. Самый большой зелёный значок с золотой рукой над его древком -- приближается к крепости. Перед ним на чудном коне золотистой масти гарцует кто-то... Да это и есть Хатхуа. Его гордая посадка, его сверкающее драгоценными каменьями оружие. Он всё ближе и ближе. Теперь Степан Фёдорович различал закинутую на затылок папаху кабардинского узденя; дышащие неукротимой энергией черты смуглого и худого лица, пламенные очи, в которых никогда не гаснет огонь свободы... За ним молодёжь... Если бы Степан Фёдорович знал их, то он бы различил Джансеида, Ибраима, Селима и Сулеймана. Это почётный конвой начальника лезгин, его авангард...
   -- Кнаус!.. Распорядитесь навести орудие на эту шайку! -- приказал Брызгалов, -- Чиненкой в них.
   У орудия затормошилась прислуга. С аккуратностью немца Кнаус несколько раз примерился и тогда уже проговорил: "Готово!"
   Старый артиллерист стоял с дымящимся фитилём... Мортира, кровожадно подняв вверх свою пасть, казалось, замерла в ожидании добычи.
   -- Пли! -- резко раздавалась команда Брызгалова.
   Туча дыму, рёв орудия, свист бомбы, взвившейся в высоту... Степан Фёдорович смотрит... Целое облако пыли взорвалось там. Конвой кабардинского узденя разлетелся кругом, как вспугнутая воробьиная стая; припали головами к шеям коней и несутся к горам. Только князь стоит, как вкопанный, точно он изваян... На минуту его скрыло облако, но когда оно рассеялось, -- уздень был на том же месте... Гул пошёл по его лагерю. Крики. Засверкали толпы разряженных всадников с диким гиканьем понеслись они вперёд и назад. Заволновалось целое марево пеших лезгин у самых гор...
   -- Расшевелили... Ну-ка, ещё туда!..
   Вправо какие-то наибы в жёлтых чалмах, как курослеп, горели на солнце. Они тоже слишком близко поддались к крепости. Бомба легла прямо в их кучу, и всадники прыснули во все стороны... Грохот разрыва чуть слышно донёсся оттуда. Ветер был против!..
   Теперь горное утро уже сияло и лучилось повсюду.
Стр. 1

1 2 3 4 5 6 7 8 следующая > конец >>



Вверх