Русская литература: Русская литература 
Література: Українська класика 



translit кириллица
Тексты: показывать полностью разбивать на страницы по 5 тыс. знаков

Летопись заштатного города (Новиков А.Н.)

Проза

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 следующая > конец >>


   АНДРЕЙ НОВИКОВ.
  

ЛЕТОПИСЬ ЗАШТАТНОГО ГОРОДА.

( повесть)

   Оригинал здесь: http://balakovoinfo.ru/engine/download.php?id=3.
  

1.

   Нудной и серой зимой конца 1917 года будто бы сама природа разлагалась совместно со старым миром: по небу брели густые тучи, рассыпавшие липкие снежные пушинки по улицам города; тысячи обывательских подошв превращали снег в месиво.
   Ветер разрывал тучи, и тогда застывало небо. Метель заметала следы, позёмка мелкой пылью пудрила одежды обывателей, и они, напуганные неизвестностью, прятали головы в воротники, что-то каждый в одиночестве затаив.
   Обыватель постепенно дожидался, когда погибнет совет, однако совет не погибал: он прочно входил в роль администратора и в декретированной форме слал обывателю одно благо за другим.
   Балаково, отрезанное зимою от водных и железнодорожных путей сообщения, затерялось в просторных заволжских степях, в долине Большого Сырта, берущего своё начало от заволжского Поиргизья.
   В городе и близ него были размещены миллионы пудов пшеницы, столь потребной для голодающей красной столицы. Но генералы уральского казачьего войска имели твёрдое намерение не пропустить хлеба за Волгу, тем самым заморить голодом революцию. Мелкие казачьи отряды бродили по окрестным сёлам: упраздняли советы и угрожали непосредственно нам.
   Совет городских комиссаров беспрерывно заседал. Мы заседали неделями, превращая ночь в день, ели печёную картошку, солонину и жирные щи с наваров из бараньих хвостов.
   Утро подкрадывалось незаметно, будто бы чья-то неведомая рука сбрасывала с окон занавесы, рассыпая брызги сумрачного света. Сумрак перемешивался с электричеством, и тогда мы засыпали, сидя на пружинных диванах, обитых бархатом. В полусне мы бредили неразрешёнными вопросами, стоящими в повестке дня. Мы думали об устройстве трамвая (в городе и поныне всего лишь одна мощёная улица), о проложении 25-тикилометрового железнодорожного пути по льду - от Балакова до Вольска.
   Мысль о прокладке железнодорожного пути по Волге преследовала нас, и десятка два заседаний мы посвятили этому вопросу. Мы имели намерение этим путём отправить пшеницу, чтобы навсегда укрепить революцию. Нами была выслана для переговоров делегация к железнодорожникам, чтобы пшеницу обменять на паровозы. Железнодорожники пшеницу приняли, однако, в отпуске паровозов нам отказали. А, впрочем, они, может, нам паровозы и отпустили бы, но мы спохватились, что по льду без рельсов нам не преревезти перовозов даже и на лошадях.
   Автоном Кириллович Гемма, главный инициатор устройства железной дороги на льду, разразился тирадой по поводу того, что контра поднимает голову, а потом тихо спросил меня:
   -А, может быть, лёд не выдержал бы тяжести паровоза?
   -Выдержит, друг!- сказал я, подогретый общим пафосом революции.- Лёд революции - прочный лёд.
   Автоном Кириллович Гемма - сын украинской деревни - был настоящим поэтом в революционно-практических действиях: свой комиссариат внутренних дел он назвал учреждением "благочиния" и стремился к тому, чтобы за один день учредить повсеместное благо. Идеи, один раз воспламенившие его, гасли в порядке постепенности и угасали окончательно лишь тогда, когда он был обуян новой идеей.
   В конце декабря 1917 года Автоном Кириллович внёс в городской "совнарком" проект об изничтожении "корней местной проституции".
   По его плану, "корни местной проституции" должны были быть изничтожены в 4 часа, дабы никогда к этому вопросу не возвращаться.
   Городской "совнарком" принял этот проект безоговорочно, и в 10 часов ночи вооружившись, всем составом возглавляя красную гвардию, отправился в предместье Сызанлеи, где было расположено с десяток домов терпимости.
   Ночь была тёмная, дул жёсткий ветер, и сыпучая позёмка заметала следы. В Сызанлеях происходил буйный солдатский разгул. Солдаты, покидая немецкий фронт, прочно обосновывались у нас в городе - в сытной местности.
   Одичав на войне, они здесь занимались мелкой кражей и находили постоянный кров и убежище в "публичных домах". Владельцы домов терпимости поощряли пребывание солдат и пользовались ими в целях самозащиты.
   Вооружённые ружьями, обрезами, наганами, солдаты бродили по улицам, стреляли вверх и пели окопные песни.
   Мы обогнули квартал, где почти что у каждого домика чадил красный фонарик и у парадных стояли группы пьяных солдат, не в меру горланивших.
   - Сволочи! - кричали они нам.
Стр. 1

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 следующая > конец >>



Вверх