Русская литература: Русская литература 
Література: Українська класика 



translit кириллица
Тексты: показывать полностью разбивать на страницы по 5 тыс. знаков

Буддийское настроение в поэзии (Соловьев В.С.)

Критика

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 следующая > конец >>


  

Соловьев Владимир

Буддийское настроение в поэзии

  
   Многие из наших писателей уже находили в легендах буддизма мотивы и сюжеты для своих произведений; но настоящим представителем буддийского настроения должно признать такого поэта, который, по-видимому, вовсе не интересуется буддизмом и вообще строго охраняет свой русский стих от всяких чужеродных имен и терминов1.
   Литературная значительность гр. А. А. Голенищева-Кутузова достаточно признана и публикою,-- его стихотворения издаются в третий раз2,-- и Академией наук, избравшей его в члены-корреспонденты и поручающей ему оценку поэтических сочинений, представляемых на Пушкинскую премию. Это признание вполне заслуженно: если не по возрасту, то по литературному типу гр. Кутузов может быть назван "остальным из стаи славной"3 тех поэтов, которые явились вслед за Пушкиным и Лермонтовым; более чем у кого-либо в его стихе слышится какое-то пушкинское веяние; рамки трех главных его произведений ("Старые речи", "Дед простил" и "Рассвет") не выходят из пределов той "деревни, где скучал Евгений"4, а в первой из этих трех поэм к пушкинскому внушению нужно отнести и главный характер и развязку. Но при этой зависимости, о которой я упоминаю, конечно, не для упрека, между поэзией Пушкина и гр. Кутузова существует -- не говоря о силе и размерах ясное различие в настроении и тоне. У Пушкина тон бодрый, радостный и уверенный; при самых языческих, мирских и даже греховных сюжетах настроение его все-таки христианское,-- это поэзия жизни и воскресения. У гр. Кутузова, напротив, тон мирный, настроение безнадежное, он поэт смерти и Нирваны, хотя это последнее столь ныне злоупотребляемое слово и не встречается в его стихах.
   Гейне разделял умы на "эллинов" и "иудеев"; наш поэт не принадлежит ни к тем, ни к другим; он буддист,-- разумеется, не в смысле каких-нибудь догматов и учений, а в смысле того душевного настроения, которое кристаллизовалось исторически в религии Шакъямуни5, но может существовать индивидуально, независимо от нее. Я имею в виду не порицание и не похвалу, а пока только определение. Я вывожу его из разбора трех названных поэм, на которых главным образом основано литературное значение нашего поэта. Помимо намерения, а может быть и помимо сознания автора, эти три лирические поэмы связаны между собою как последовательные ступени в развитии одного и того же настроения {Внешний признак принадлежности этих пьес в лирической, а не в эпической поэзии состоит в безымянности действующих лиц. Только второй рассказ приближается несколько к эпическому строю, соответственно чему и два главные лица в нем обозначены хотя и не именами, а титулами.}.
  

II

  
   Одинокий, во всем отчаявшийся преждевременный старик возвращается после многих лет странствования в свой деревенский обветшалый дом, где его узнает и приветствует только дряхлый пес. Все остальное ему чуждо, он окружен бледными призраками воспоминаний и мертвыми следами минувшего.
  
   Он в них безмолвно, тихо бродит,
   Как гость могил, среди крестов
   И сердцу милых мертвецов
   По ветхим подписям находит
   И внемлет смертный их покой,
   К гробам приникнув головой.
   В толпе иных воспоминаний
   Живей являлося одно.
   Огнем несбывшихся желаний
   Больнее душу жгло оно6.
  
   Найдя старую тетрадь дневника, унылый шутник читает в ней краткую историю своей любви к жене приятеля и деревенского соседа. Эта история проста и обыкновенна.
  
   Ведь замуж вышла ты и рано и случайно.
   Попался "человек хороший", полюбил...
   Ему ты отдалась, хотя, быть может, тайно
   И сознавалась в том, что чужд тебе он был.
  
   Этот "хороший человек" оказывается таковым лишь в самом широком смысле. При совершенной умственной пустоте он так груб, что обнимает и целует жену при постороннем, и в конце концов под влиянием вина увлекается азартной игрой и проигрывает в одну ночь все свое состояние, после чего его постигает удар паралича. Накануне этой катастрофы жена имела краткое любовное объяснение с героем и назначила ему свидание:
  
   "Я завтра вечером останусь здесь одна
   У мужа в городе какое-то есть дело.
   Пройдите прямо в сад -- под липой у ручья
   Мы с вами встретимся -- там ждать вас буду я".
   Но ждать пришлось не ей, а ему, и ждать до самой полночи.
Стр. 1

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 следующая > конец >>



Вверх