Русская литература: Русская литература 
Література: Українська класика 



translit кириллица
Тексты: показывать полностью разбивать на страницы по 5 тыс. знаков

Русские символисты (Соловьев В.С.)

Критика

1 2 3 4 следующая > конец >>


  

Владимир Сергеевич Соловьев

Русские символисты

  

I

Вып. 1-й. Валерий Брюсов и А. Л. Миропольский. Москва, 1894 (44 с.)

  
   Эта тетрадка имеет несомненные достоинства: она не отягощает читателя своими размерами и отчасти увеселяет своим содержанием. Удовольствие начинается с эпиграфа, взятого г. Валерием Брюсовым у французского декадента Стефана Малларме:
  
   Une dentelle s'abolit
   Dans le doute du jeu supreme {*}.
   {* В буквальном переводе это значит: "кружево упраздняется в сомнении высочайшей игры".}
  
   А вот русский "пролог" г. Брюсова:
  
   Гаснут розовые краски
   В бледном отблеске луны;
   Замерзают в льдинах сказки
   О страданиях весны.
   От исхода до завязки
   Завернулись в траур сны,
   И безмолвием окраски
   Их гирлянды сплетены.
   Под лучами юной грезы
   Не цветут созвучий розы
   На куртинах пустоты,
   А сквозь окна снов бессвязных
   Не увидят звезд алмазных
   Усыпленные мечты.
  
   В словах "созвучий розы на куртинах пустоты" и "окна снов бессвязных" можно видеть хотя и символическое, но довольно верное определение этого рода поэзии. Впрочем, собственно русский "символизм" представлен в этом маленьком сборнике довольно слабо. Кроме стихотворений, прямо обозначенных как переводные, и из остальных добрая половина явно внушена другими поэтами, и притом даже не символистами. Например, то, которое начинается стихами:
  
   Мы встретились с нею случайно,
   И робко мечтал я о ней,
  
   а кончается:
  
   Вот старая сказка, которой
   Быть юной всегда суждено,
  
   несомненно происходит от Генриха Гейне, хотя и пересаженного на "куртину пустоты". Следующее:
  
   Невнятный сон вступает на ступени,
   Мгновенья дверь приотворяет он
  
   есть невольная пародия на Фета. Его же безглагольными стихотворениями внушено:
  
   Звездное небо бесстрастное,
  
   разве только неудачность подражания принять за оригинальность.
  
   Звезды тихонько шептались
  
   опять вольный перевод из Гейне.
  
   Склонися головкой твоею idem.
  
   А вот стихотворение, которое я одинаково бы затруднился назвать и оригинальным и подражательным:
  
   Слезами блестящие глазки
   И губки, что жалобно сжаты,
   А щечки пылают от ласки
   И кудри запутанно-смяты, -- и т. д.
  
   Во всяком случае, перечислять в уменьшительной форме различные части человеческого организма, и без того всем известные, -- разве это символизм? Другого рода возражение имею я против следующего "заключения" г. Валерия Брюсова:
  
   Золотистые феи
   В атласном саду!
   Когда я найду
   Ледяные аллеи?
   Влюбленных наяд
   Серебристые всплески,
   Где ревнивые доски
   Вам путь заградят.
   Непонятные вазы
   Огнем озаря,
   Застыла заря
   Над полетом фантазий.
   За мраком завес
   Погребальные урны,
   И не ждет свод лазурный
   Обманчивых звезд.
  
   Несмотря на "ледяные аллеи в атласном саду", сюжет этих стихов столько же ясен, сколько и предосудителен. Увлекаемый "полетом фантазий", автор засматривался в дощатые купальни, где купались лица женского пола, которых он называет "феями" и "наядами". Но можно ли пышными словами загладить поступки гнусные? И вот к чему в заключение приводит символизм! Будем надеяться по крайней мере, что "ревнивые доски" оказались на высоте своего призвания. В противном случае "золотистым феям" оставалось бы только окатить нескромного символиста из тех "непонятных ваз", которые в просторечии называются шайками и употребляются в купальнях для омовения ног. Общего суждения о г. Валерии Брюсове нельзя произнести, не зная его возраста. Если ему не более 14 лет, то из него может выйти порядочный стихотворец, а может и ничего не выйти. Если же это человек взрослый, то, конечно, всякие литературные надежды неуместны.
Стр. 1

1 2 3 4 следующая > конец >>



Вверх